Максим Губиев
Генеральный директор Управляющей компании «МЕТАЛЛОИНВЕСТ»

Консолидация активов горно-обогатительных комбинатов и металлургических предприятий  под управлением группы «МЕТАЛЛОИНВЕСТ» превращает ее в один из ведущих холдингов черной металлургии на постсоветском пространстве. Объединенная компания не скрывает своих намерений опередить других по темпам модернизации и стоимости инвестиционных программ, в результате которых объем производства стали удвоится, а выпуск высококачественного металлизованного сырья достигнет рекордных показателей на мировом рынке. Отвечая на вопросы журнала «Металлы Евразии», генеральный директор ООО УК «МЕТАЛЛОИНВЕСТ» Максим Губиев подробно представил будущую стратегию нового холдинга.

- Консолидация активов, находящихся под управлением компаний «МЕТАЛЛОИНВЕСТ» и «Газметаллпроект», была давно ожидаемой. Что послужило окончательным доводом в пользу такого шага?
 
-  Собственники и в «Газметалле», и в «МЕТАЛЛОИНВЕСТе» – одни и те же, поэтому желание консолидировать принадлежащие им производственные активы вполне понятно и очевидно. Достаточным основанием служит ожидаемый синергетический эффект, который достигается, прежде всего, в консолидированном снабжении предприятий и в единой сбытовой политике обеих компаний. Особенно значительная синергия будет наблюдаться в реализации железорудной продукции, поскольку мы занимаем значительный объем этого рынка, а также в продажах стальных заготовок и проката, потому что ОЭМК и «Уральская сталь» представляют единую линейку этой продукции.

- Почему столь очевидное решение принято именно теперь, а не раньше? Может, подтолкнула внешняя ситуация?  

- Можно сказать, просто пришло время. Так бывает часто: решение долго созревает, а принимается в один момент.
Что касается внешних условий, то слияния в металлургии - объективная тенденция. Все компании укрупняются, и мы тоже консолидируем бизнес. Это дает несомненные преимущества. В частности, станет легче работать с банками. Как крупная горно-металлургическая компания мы становимся эксклюзивными заемщиками на рынке капитала и можем привлекать более дешевые деньги на более длительные сроки, инвестируя эти средства в свои предприятия. В структуре единого холдинга можно проводить более сбалансированную программу развития. Скажем, вопрос: где устанавливать новую машину окомкования - на Лебединском или на Михайловском ГОКе? Если рассматривать их как два отдельных предприятия, надо и там, и там. Если же они - подразделения единой компании, то место размещения не играет большой роли, и можно обойтись одним агрегатом. А затраты на строительство машины немалые - 350 млн долл. Такая вот арифметика.

- Как проходил процесс объединения и выбор модели построения нового холдинга?

- Процесс объединения не закончен. Он должен завершиться к началу следующего года. В большей степени это – юридическая процедура, которая требует времени и соблюдения необходимых формальностей, в том числе, нужно принять соответствующие решения на собрании акционеров и т.д. То есть, речь идет о юридическом оформлении состоявшейся консолидации.
О модели построения нового холдинга я бы пока не стал подробно говорить. Она, конечно, существует - мы ведь не на минуту не останавливаем управление этим громадным хозяйством, и, более того, развиваемся, принимаем стратегические решения.  Другое дело, что все управленческие схемы неизбежно отражают текущие процессы. Процессы меняются, и наша модель должна описывать новые цели, задачи. Чтобы начать процесс консолидации, требовалась одна модель, а для того, чтобы выстроить систему управления на более длительный период, надо будет ввести новые элементы и существенно переформатировать всю структуру, в том числе разделить управление металлургией и горнорудным производством. Подходящей выглядит дивизиональная схема, но возможны и другие варианты. Пока это - предмет размышления, расчетов, дискуссий… А решение  будет принято после завершения процесса консолидации.
 
- Какими полномочиями наделено сегодня руководство управляющей компании здесь, в Москве, и какие функции сохраняет менеджмент предприятий на местах?

- Управляющая компания – это единоличный исполнительный орган, и решает вопросы, входящие в компетенцию генерального директора. По сути, это и есть аппарат генерального директора. За собой я оставляю вопросы следующего характера: распределение прибыли, взаимоотношения с банками, принятие кадровых решений до уровня заместителей руководителей предприятий включительно, вопросы, касающиеся структуры бизнеса как такового в рамках холдинга, контроль, учет, корпоративное финансирование. Всё. Остальным – текущей деятельностью, управлением предприятиями, основными средствами и всем, что касается жизнеобеспечения предприятий, занимаются управляющие директора на местах.
 
- А кто занимается сбытовой политикой? Происходит ли в рамках холдинга перераспределение снабженческих и товарных потоков?

- Сбытовая политика определяется централизовано, в управляющей компании. А реализуется в зависимости от модели, действующей на текущий момент, - на том или ином предприятии или частично в Москве. Основная масса материально-технических ресурсов и товарной продукции движется по прежним каналам. Процесс объединения только набирает силу, и пока не охватил все стороны деятельности холдинга. Единая коммерческая политика -  сбытовая и снабженческая - будет определена как раз к моменту появления новой управленческой модели, о чем мы сообщим уже после Нового года. 

- Вероятно, в ходе подготовки к объединению проводился экспертный анализ технического состояния производственных мощностей и уровня эффективности по основным показателям на предприятиях группы. Что вызывает у вас наибольшее беспокойство и желание «сильно улучшить»?

- Такого рода анализ по предприятиям группы проводится  постоянно. На самом деле это – предмет непрерывного контроля и доработки. Мы отдаем себе отчет, что любому, даже самому лучшему предприятию далеко до совершенства и всегда есть огромное количество работы, которую можно выполнить и, тем самым,  улучшить технико-экономические показатели. Соответственно, существует целый набор мероприятий, которые ведут к этому улучшению. Причем, этот ряд все время обновляется.
Желание «улучшить» и получить от этого максимальный эффект, конечно, есть. Но эта работа идет, и началась она не вчера и не позавчера. На каждом предприятии группы реализуются программы модернизации основных фондов, включая замену старых, изношенных средств. Везде работают профессиональные команды. С учетом опыта, традиций и появляющихся новых возможностей они меняют ситуацию в лучшую сторону.

- Решение о стратегическом сотрудничестве с SMS Demag и предполагаемая сумма контрактов в 3 млрд. долл. могут сделать «МЕТАЛЛОИНВЕСТ» одним из лидеров по инвестициям в основной капитал. Расскажите, пожалуйста, о вашей инвестиционной программе и наиболее важных проектах, ее составляющих. 
  
- Скажу больше: 3 млрд. долл., заявленные на нашем совместном брифинге с SMS Demag, – это половина дела, поскольку SMS Demag, заметьте, делает оборудование только для металлургических предприятий. Примерно столько же предполагается вложить в горнорудный сектор, потому что мы собираемся проводить активную стратегию на обоих направлениях.
В металлургическом секторе основной объем инвестиций приходится на «Уральскую сталь», где предполагается построить стан 5000 и современное трубное производство, которое будет использовать продукцию стана - толстолистовой прокат, а также развить конвертерное производство. На ОЭМК намечено строительство практически еще одного завода. Площадка под него была подготовлена еще в советские времена. Хотим создать еще одно электросталеплавильное производство, чтобы использовать горячебрикетированное железо, выпускаемое Лебединским ГОКом. Лучшего сырья для получения стали сегодня не придумать. Мы рассчитываем специализироваться на производстве высококачественных марок машиностроительного сортамента. Пока ориентируемся на экспорт, потому что отечественное машиностроение хотя и растет, но не такими темпами, как наша металлургия. И все же мы уверены, что со временем наша продукция будет востребована и в России.
На новой площадке в Осколе планируем выпускать около 2 млн. т стали в год. Таким образом, с учетом сегодняшних объемов ОЭМК - 2,6--2,7 млн. т - общее производство составит около 5 млн.т. И столько же будет на «Уральской стали». Мы не гонимся за объемами, а ориентируемся на перспективные потребности рынка. В связи с этим существенные изменения претерпит линейка продукции. Нам предстоит полностью уйти от выпуска товарной заготовки. «Уральская сталь» будет выпускать толстый лист, ОЭМК – тонкий лист, рассчитанный, в первую очередь, на автомобилестроение.

- О планах построить стан 5000 почти одновременно заявили сразу три компании. Как вы оцениваете реальную емкость этого рынка и возможные риски, включая риск перепроизводства и жесточайшую конкуренцию, которая может обрушить цены, поставив под вопрос окупаемость столь дорогостоящих  проектов?

- Согласен, к этому проекту надо относиться очень взвешенно. Но что есть реального на сегодняшний день? Ниша, которая не заполнена, а все, что имеется в этом сегменте, – почти исключительно импорт. Да, есть некоторое количество отечественной продукции, но вопрос - какого качества эта продукция, сколько лет этому стану, и как долго еще будем использовать то, что досталось в наследство от советской промышленности. Давайте честно посмотрим, кто что сделал за постсоветский период?
Конечно, мы уверены, что именно наш лист будет абсолютно востребованным. Он, несомненно, будет самого высокого качества, поскольку выбирается оборудование, воплощающее новейшие достижения в металлургических технологиях, а производство основано на лучшем первородном сырье. Если сегодня взяться за решение этой задачи, то первая труба большого диаметра длиной 18 м появится у нас через 3 года. Объем выпуска этих труб на «Уральской стали» составит 600 тыс. т в год. А всего широкоформатного толстого листа будет производиться 1,2 млн. т., которые предназначаются не только для труб. Уже сегодня 80 % толстолистового проката мы продаем мостостроительным организациям России. Кроме того, такой лист нужен и другим отраслям. Появилась программа развития судостроения до 2030 года и еще ряд долгосрочных программ. Мы эти программы оцениваем, анализируем, сопоставляя с ними наши возможности.

- Почему в качестве поставщика основного оборудования выбрана именно SMS Demag? Кто еще из поставщиков машиностроительной продукции, включая российских, мог бы принять участие в модернизации «Уральской стали»? 

- Отношения «Уральской Стали» с SMS Demag традиционны и сложились еще до начала наших рыночных реформ. Эта фирма начинала реконструкцию Орско-Халиловского металлургического комбината, нынешней «Уральской стали». И сегодня мы вместе реализуем инвестиционную программу стоимостью 400 млн. долл. Менять поставщика в столь ответственный период – все равно, что коней на переправе. Возможно, на какую-то часть инжиниринговых услуг и оборудования мы заключим контракты с другими компаниями, если это будет экономически целесообразно и технически оправданно. Но SMS Demag для нас важен как стратегический партнер. Мы убедились, немецкие специалисты – не просто продавцы оборудования, которые хотят заработать на дорогостоящих заказах. Это профессионалы высочайшего уровня, и они помогут нам принять правильные решения как в техническом, так и в маркетинговом плане.

- Могут ли новые планы повлиять на сложившиеся кооперационные связи «Уральской стали» с ЧТПЗ?   

- Думаю, никак не повлияют. Мы намерены сохранить с нашими соседями и партнерами отношения, которые долго нарабатывались, и мы ими дорожим.

- Как сегодня оценивается состояние крупнейшей железорудной базы страны - КМА? На сколько лет хватит имеющихся запасов при существующих темпах отработки? 

- Курская магнитная аномалия – это запасы железистых кварцитов, магнетитов и т.д. на огромной площади, превышающей 500 км 2. Если вместо трех ГОКов здесь поставят тридцать, то,  думаю, и они будут полностью обеспечены работой. Поэтому говорить в категориях «насколько хватит» – бессмысленно. Хватит на десятки поколений вперед. А когда мы внедрим (это только вопрос времени) технологии переработки уже накопленных хвостов и отвалов, где достаточно высокое содержание железа - 14-16 %, - то автоматически наша сырьевая база увеличится вдвое. Измерять перспективу можно сотнями лет. Главное, чтобы в России оставалось максимум доходов от богатства ее недр.
Мы видим эту перспективу, и сознаем свою ответственность перед нынешним и будущими поколениями за правильное использование уникальных природных ресурсов, которые доверены нам в разработку. Мы работаем над тем, чтобы уйти от продажи рядового концентрата и получать продукт максимально глубокой переработки для реализации как внутри России, так и за рубежом. Инвестиционной программой предусмотрено создание, во-первых, обжиговых мощностей и машины окомкования, как минимум на 5 млн т продукции в год, во-вторых – строительство заводов горячебрикетированного железа с выходом на объем выпуска 10 млн т ГБЖ. Сумма инвестиций, как я уже говорил, составит 3 млрд долл. Колоссальная цифра, равная 90 % доходной части нашего бюджета. Но все это направлено на достижение конкретной цели. Мы намерены стать лидерами мирового рынка в производстве горячебрикетированного железа и продуктов металлизации, потому что отчетливо видим стремительное развитие электрометаллургии, как в России, так и за рубежом, и хотим использовать уникальные шансы, которые нам даны. 

- Судя по сообщениям, «МЕТАЛЛОИНВЕСТ» не отказывается от планов построения сырьевой компании мирового уровня, в том числе путем интеграции с  производителями железорудного сырья Украины и Казахстана. Какими путями – через покупку акций или иными средствами - предполагается интегрировать интересующие вас предприятия?

- Вопрос интеграции с другими группами - это вопрос постоянный. Он не снимается с повестки дня, и в принципе, подобные планы можно реализовать, если они будут взаимовыгодны. Идет мониторинг, рассматриваются различные варианты сближения. О покупке активов речь, скорее всего, не идет. Сейчас не та ситуация. За всеми этими активами стоят мощные промышленные группы. Для интеграции нужна идея, нужно точное понимание синергетического эффекта от объединения.

- Как вы реагируете на инициативы, предполагающие новые слияния в российской черной металлургии с участием группы «МЕТАЛЛОИНВЕСТ»? Ваше мнение: можно ли иным способом устоять на мировых рынках перед лицом мощного роста империи Миттала и стальной экспансии Китая? Что вы будете делать – продавать или продаваться?

- Продаваться Китаю мы явно не намерены, работать с Китаем явно хотим. Для нас Китай – один из важнейших потребителей продукции. Учитывая, что логистическая цепочка поставки грузов в КНР выстроена далеко не лучшим образом, нужны самые эффективные в экономическом отношении сделки. Что касается сакраментального вопроса, боимся ли мы китайцев? - не боимся. Они нас заставляют быстрее развиваться и подвигаться в нишу более качественной продукции. Образно говоря, рядовой продукцией - «пластмассовым машинками» они нас завалят, а смогут ли выпускать «Мерседесы», еще вопрос. Мы должны использовать наше природные плюсы и конкурентные преимущества – такие, как человеческий фактор, наличие высокотехнологичных секторов в России, и ускоренно развивать собственное машиностроение в кооперации с европейскими партнерами. И как раз фактор Китая должен послужить ускорителем нашего движения в эту сторону.

- Государственная власть явно стремится повысить свою роль в экономике, что подтверждают участившиеся попытки найти оптимальные формы взаимодействия с бизнесом и предложить новую промышленную политику. Какой, по вашему мнению, она должна быть?       

- Что касается промышленной политики, она не просто «должна быть» - она необходима. В какой стране промышленной политики не существует? Как мы, производители продукции, без помощи государства можем конкурировать на мировых рынках, где нас не слишком-то хотят видеть. Мы - слишком большая и потенциально могущественная страна. Конечно, в этом смысле мы должны объединяться, чтобы наши потребности доносить до верхних эшелонов государственной власти и получать обратную связь. Потому что именно с помощью совместной работы мы сможем идти вперед. А если каждый будет «отжимать в свою сторону» - каждый сам по себе - развитие тоже будет, но  инерционное, слишком медленное и не отвечающее современным вызовам глобального мира.

- Иными словами, вы предлагаете нашему металлургическому сообществу подумать о создании лоббистской организации для постоянного диалога с государством?

- Именно так. Мы в целом положительно оцениваем деятельность существующих отраслевых союзов и с большим уважением относится к возглавляющим их авторитетным людям. И сегодня в отрасли требуется такая мощная организация. На наш взгляд, было бы очень разумно, если бы к созданию такой организации подключились сами руководители крупных холдингов. Для этого надо немного - понять, что сообща работать будет гораздо комфортнее и выгоднее.